Заметки на полях

Вчера оторвалась. Малотого что взяла за привычку спать до 12, пропуская единственную пару в день, я еще позволяю себе вот так расслабляться прямо перед экзаменом! Во всем виноват ОН.

Мы с Катькой вобще-то 100 лет не виделись, так что могли себе позволить. Он мне опять целый день не звонил, а как узнал, что я гуляю на Ленина, приехал и забрал, хотя никто его не просил. И что в этом хорошего? Я ведь понимаю, что не нужна ему, что все эти разговоры и забирания меня у подруг-всего лишь красивые жесты. Я пила совсем немного, но пыталась притвориться, чтобы сказать ему как будто не контролируя себя, что нам нужно раз и навсегда разбежаться. Жалею, что не съездила по лицу, может, подействовало бы… И вообще хотелось быть как можно более развязной, особенно когда ехали в маршрутке, чтобы ему стало за меня стыдно, чтобы мы поругались и расстались наконец-то. Но вот мы приехали домой, он приготовил ужин и положил меня спать. А когда ужинали, ему позвонила она, и я сказала, что если я ему не безразлична, пусть даст с ней поговорить. Потом мы боролись за телефон, т.к. мое ненастоящее состояние опьянения мне это позволяло. Я проиграла, естественно, и сказала, чтобы он выбирал между нами. Потом мы лежали, я делала вид, что сплю, а он целовал меня и гладил, говорил, что скоро все начнем заново и будем счастливы. Она звонила в ту ночь не один раз, а он не мог ответить из-за меня, так что когда понял, что я сплю, все-таки ей перезвонил. Все заново, и нет смысла пытаться что-то изменить. Можно лишь уйти из его жизни и предоставить ему полную свободу, так так мне уже все равно. Вопрос только в том, почему он меня не отпускает.

Дождик идет уже 3 или 4 дня. С учебой не ладится, сдавать сдаю, но чем дальше тем хуже! Историю АЯ, например, не знаю как сдавать, я же ходила всего лишь на половину пар!!! И в тетради у меня пусто!!! И ничего я не знаю!!! И подготовиться сегодня к зачету хотела, но в учебнике так непонятно!!! Я просто не понимаю, как это все можно знать и зачем вообще это проходить?????????? Нет ну понятно, что для филолога это святое, но блин все-равно ничего не понятно и к тому же совершенно не нужно. Ну знаю я разговорный, ну знаю я про эти германские передвижения и законы Гримма и Вернера. Ну читала я “Беовульф” и что там еще… И все. Мне - ХВАТИТ!!! Но что касается древне-английского и среднеанглийского периодов - тут для меня все едино. И не хочу я это учить!!! А все равно придется хоть шпоры накатать.

И вообще, что за погода такая?! Может, хватит уже? Я как в Москве хочу. А то у меня с обувью проблемы. Я хочу юбку носить. Хочу хочу хочу хочу хочу!

Когда он ушел, я даже не плакала - таким шоком это было для меня. Вот сейчас, когда выплакано уже многое, я думаю о нем и впервые воспринимаю его недостатки именно как недостатки. Их оказалось больше, чем я могла предполагать. Это немного помогает мне представить саму себя в выигрышном свете. Я не такой эгоист как может показаться, и все-таки мне это зачем-то необходимо. Плохое, действительно, запоминается наилучшим образом. Мне очень больно, и все же я думаю, что когда-нибудь смогла бы его простить. Мне мама все время говорила, что он мной пользуется. Причем не по своей козлиной натуре (которая такой и является), а исключительно потому, что мне обязательно надо было жертвовать собой, чтобы доказать ему свою любовь.

Я хотела бы пронести через всю свою жизнь воспоминание о том, как однажды он сказал, глядя мне в глаза, что очень любит меня, и на глазах у него выступили слезы. Я умерла бы за одну его слезинку.

Когда он ушел, мне передали его слова: “Она забросила всю свою личную жизнь, у нее нет подруг, интересов, только я. Она вся наполнилась любовью ко мне, а я от нее устал.” Я была в шоке от этих слов. Так вот, оказывается, какой я для него была. Наверное, он прав…Но человек, не испытывающий ни капли благодарности за то, что я ему отдала, не был этого достоин.

Он клялся мне, что никого и никогда не любил кроме меня, что та девушка не нужна ему, а на следующий день ушел. Сказал, что между ними ничего нет, но я знаю, что это не так. По телефону его голос звучал агрессивно. Я не сомневаюсь в том, что он уже не помнит ни одного момента из тех - самых счастливых - в нашей истории, что он взял нашу любовь и смял ее как простой лист бумаги, а потом выбросил, вырвал 1,5 года жизни из сердца, вот так просто. Не пойму только, зачем я перебираю наши воспоминания как сокровища.

Я не смогу простить ему хотя бы возможность того, что чье-то тело заменит ему мое, что он с такой же любовью будет беречь каждую его клеточку, что он будет прикасаться к кому-то и желать кого-то, но не меня, и мне становятся противны все его ласки.

Хочу ли я его вернуть? Я тоскую. Я просто хотела бы, чтобы он умолял меня быть вместе. Я хочу, чтобы он ползал. Хочу, чтобы локти кусал. Чтобы никогда не был счастлив с другой. Тогда мне будет хорошо. Хочу, наверное, простить его. Я люблю его. Я не знаю, что мне делать. В душе ни капли жизни.

За радость проснуться на узкой постели -

Навязчивый тополь, неясные тени,

Излюбленный звук воркотни голубиной -

За тихую радость проснуться с любимым,

Я утро за слабость разжатых коленей

Молю нескончаемо за промедленьи

Минуты, когда за окном в одночасье

Холодное солнце взорвется на части.

В минутах, спеша пролетающих мимо,

Я не успеваю остаться с любимым,

Я не успеваю укрыться от прочих

За стеганой мантией тающей ночи.

Проснуться с тобою, быть первой из первых,

Сыгравшей фокстрот на натянутых нервах,

Глядящей спросонья на спящих и юных -

Глядящей на нас из-под пальцев на струнах -

И взяв тебя за руку, точно мы дети,

Так тихо любить, чтобы ты не заметил.

Я ждать тебя не перестану,

Вослед большому кораблю -

Веселый ветер; не устану

В тетради вписывать “люблю!”

Я буду ждать тебя, бросая

Курить не в форточку, а здесь,

И выходить на двор босая,

Где негде стать и негде сесть,

Ища забвение и прелест

В ночном безумии моем,

Всем ожиданием нацелюсь

В дверной пустующий проем.

Позволь любить твои предметы,

Те, что хранят твои черты,

Твои угадывать приметы

Во всем, что есть уже “не ты”

Но этот дом ,и эти двери,

И все дверные косяки,

Тебя не помня, не поверят

Прикосновению руки.

На всем лежит печать разлада

Тебя с собой, ушедшим в быль,

С собой, вернувшимся в балладу

И в вечность, и в предмет, и в пыль.

 Отбрось ненужные дела,

Останься весь - до дна, до нитки.

Послушай, сколько отдала,

А радость все еще в избытке.

Отбрось ненужные долги:

Есть долг - беречь, есть долг лелеять,

Останься снова и солги,

А я попробую поверить.

Отбрось слова, пустую речь,

И будь как ветер в ней несведущ -

Пристало ли тебе беречь

Ее назойливую ветошь,

Когда в тебе твой каждый жест

Исполнен смысла и значенья,

И каждый жест - бездушный лжец,

Который ждет разоблаченья?

Нам, взявши весла, плыть двоим,

Чтоб вместе этой лодкой править

И жить, чтоб именем твоим

Всю жизнь как повесть озаглавить.

Твое отсутствие роднит

Творожно-пепельное утро

И свежий хаос, что хранит

Столово-кухонная утварь;

Их беспорядок - точно фарс -

Пришли в смятенье полки шкафа,

Осенний полдень, точно барс,

Легко становится на лапы.

Твое присутствие вообще

Накладывает отпечаток

На суть предметов и вещей:

Большого зеркала, перчаток,

Меняет вкорне планы дня

И сложный замысел природы…

Но ты уходишь от меня

Под дождь и скверную погоду.

Помедлишь, складки теребя,

А взгляд с земли поднять боишься -

Таким я буду ждать тебя,

Но ты уже не повторишься.

“…Вечером она позвонила, он открыл дверь, но она все еще не выпускала книгу из рук, словно это был входной билет в мир Томаша. Она сознавала, что кроме этого жалкого входного билета, У нее нет ничего, и оттого ей хотелось плакать. Но она не плакала, была болтлива, говорила громко и смеялась. Вскоре он снова обнял ее, и они любили друг друга. Она погрузилась во мглу, в которой ничего не было видно, лишь слышен был ее крик.

Когда крик затих, она уснула рядом с Томашем и всю ночь держала его за руку.

Еще когда ей было 8 лет, она засыпала, сжимая одну руку другой и представляя себе, что держит мужчину, которого любит, мужчину ее жизни. И если она сжимала во сне руку Томаша с таким упорством, мы можем понять почему: тренируясь с детства, она готовила себя к этому.”

“Вновь и вновь он вспоминал, как она лежала на тахте; она не вызывала в памяти никого из его прошлой жизни. Она не была ни возлюбленной, ни женой. Это был ребенок, которого он вынул из просмоленной корзинки и опустил на берег своего ложа. Она уснула. Он наклонился к ней. Он слышал из ее рта нежное благоухание жара и вдыхал его, словно хотел наполниться доверчивостью ее тела. И вдруг он представил, что она уже много лет у него и что она умирает. Им сразу же овладело отчетливое ощущение, что смерти ее он не вынесет. Ляжет возле и захочет умереть вместе с нею. Растроганный этим мысленным образом, он зарылся лицом в подушку и оставался так долгое время.

Теперь он стоял у окна и воскрешал в пвмяти ту минуту. Что это могло быть еще, как не любовь, которая вот так пришла к нему и предложила себя?”

“Но что случится, если когда-нибудь он и вправду познает женщину, которая была ему суждена, познает вторую половину самого себя? Кому отдаст предпочтение? Женщине из корзинки или женщине из платонова мифа?

…и он знает, что в любую минуту он оставит дом своего счастья ради того чтобы уйти с Терезой, женщиной, рожденной из шести смешных случайностей. Он все еще сидел в кровати и смотрел на женщину, которая лежала рядом и сжимала его руку. Он испытывал к ней невыразимую любовь.” (Милан Кундера “Невыносимая легкость бытия”)

Всю жизнь (точнее, 1,5 года) думала, что уж со мной-то точно не приизойдет такого, а если произойдет, то все будет не так, как это обычно бывает (как будто я могла знать, как это бывает)… Ну да, со мной это впервые, первая любовь и первое расставание. Знаю, что все банально до невозможности, и слышала уже не раз, что в своей жизни я как по сценарию еще раз двадцать буду вот так закатывать глаза, переживать, жалеть, жаловаться подруге и делать глупости.

Мне говорят, что когда тебе 17, глупо делать вид, будто из ваших отношений может вырасти что-то путнее. Так все и начиналось-детский лепет, короче. Я влюбилась по уши, была дурочкой-первокурсницей, тихой и забитой девочкой. Мы познакомились случайно, через 2 недели я была уже влюблена, а он благосклонно принял мои чувства. Конечно, я не могла себя долго обманывать, знала, что глупенькая я, неприметная, не знаю даже, как мне смелости хватило на что-то с его стороны надеяться. И тем не менее, уж не знаю, что это было, судьба ли или просто стечение обстоятельств, но отношения наши стали приобретать уже какие-то очертания. Как бы громко это не звучало, но мне кажется, что если бы не мои чувства и старания, мы не были бы вместе 1,5 года-1,5 самых счастливых года в моей жизни, показавшихся мне мгновением. Как долго я его завоевывала! Как сильно его любила и как была счастлива.

Я не могу теперь сказать, осталось ли что-нибудь. Наверное, люблю его все так же, только обида бросает тень на мою любовь. Не могу выразить, что я чувствую - боюсь, что любила человека, который того не заслуживал. Даже не знаю, был ли он когда-нибудь честен со мной. Но это уже немного несправедливо: знаю, что любил, уж это я видела. Да дело-то в том, что не смог переступить через самолюбие. А если не смог поступиться чем-то ради меня, значит, отношения того не стоили, значит не было любви, значит от человека нечего требовать и его вины нет. Незнаю…

Говорят: погуляет и вернется. А я думаю, он не гулять ушел, а просто от меня ушел. Разлюбил и ушел. Разве можно к нелюбимой вернуться? А мне остается сделать вывод: за что боролась, на то и напоролась.

Мне слишком часто снишься ты

Твои чувствительные губы

Твои глаза, мои мечты

И наши сломанные судьбы

А по щеке бежит слеза

И боль моя не утихает

В душе та рана глубока

И что мне делать я не знаю

Наверно просто не смогла

Забыть историю простую

Как парень девушку любил

Ну а потом нашел другую.